интервью, Проект "Ответственное лидерство"

Гендиректор «Майкрософт Украина»: мы не будем проверять потребителя, а будем его обучать

Проект «Ответственное лидерство» Центра «Развитие корпоративной социальной ответственности» и портала delo.ua продолжает публикацию интервью с топ-менеджерами ведущих украинских компаний.

10 топ-менеджеров успешных компаний Украины — 10 откровенных интервью — 10 разных взглядов на ответственное лидерство.

Свою позицию уже высказали Марк Ле Грасье, генеральный директор «Рено Украина», Владимир Шаров, глава представительства Intel в Украине, Беларуси и Молдове, Грег Краснов, генеральный директор Platinum Bank, Алексей Кредисов, управляющий партнер «Эрнст энд Янг» в Украине.

Сегодня в проекте «Ответственное лидерство» — Дмитрий Шимкив, генеральный директор «Майкрософт-Украина».

 

Дмитрий, что для вас означает быть не просто лидером, а ответственным лидером?

Ответственный лидер — это человек, который понимает, что он отвечает не только за развитие бизнеса, но за среду обитания. Это понимание того, что деятельность, которую осуществляет компания, должна быть направлена и на тех, кому тяжело в этой жизни. И дальше вопрос в том, как ты как руководитель компании, используя свою лидерскую позицию, можешь вовлечь всех сотрудников, а, возможно, и партнеров и контрагентов, в донесение более позитивного результата в общество.

Компания ответственного лидера — в чем ее отличие от конкурентов? В чем ноу-хау «Майкрософт»?

У «Майкрософт» внутри ее ДНК есть такой элемент, как социальная ответственность. Многие компании делают социальную ответственность сверху, а у нас социальная ответственность создается людьми.

Во многих случаях, к примеру, с целью помощи жертвам природных катаклизмов — например, на Гаити или в Японии, — компания сама инициирует финансовую помощь. Но что самое интересное, большинство благотворительных инициатив начинают сами сотрудники, а компания их поддерживает. Это и есть ноу-хау «Майкрософт».

Компания удваивает влияние

Как это работает на практике?

Есть внутренние сайты, на которых каждый сотрудник может зарегистрировать любое направление и попытаться собрать коллег, которые захотят его идею поддержать.

Очень часто проводятся внутренние ярмарки идей, где презентуют темы и направления, которые предлагают другим поддержать финансово и участием. Направления самые разные. Это могут быть экологические задачи, может быть помощь людям, пострадавшим от природных катаклизмов. Например, я участвовал в сборе средств на москитные сетки. Одна такая сетка стоимостью один доллар спасает одного ребенка в Африке.

В чем заключается поддержка компании?

Если человек нашел коллег, его поддержавших, и они собрали необходимую сумму денег, то компания за каждый доллар, собранный сотрудниками, также дает доллар.

Например, сотрудники решили, что хотят поддержать какое-то направление: кто-то вкладывает 100 грн, кто-то — 200 грн., кто-то — 10 грн. В результате собрано, к примеру, 12 тыс. гривен. Со стороны компании мы даем также 12 тыс. грн., и таким образом удваиваем наше влияние на тот или иной проект. В прошлом году сотрудниками компании «Майкрософт» во всем мире было собрано $55 млн. При этом компания добавила еще $55 млн. В результате $110 млн. были направлены на различные социальные программы.

А если человек готов вкладываться не деньгами, а временем?

У каждого сотрудника есть 3 дня в году, которые он может потратить на волонтерскую деятельность. Компания поощряет это, оплачивая это время. Кроме того, этот сотрудник может пользоваться корпоративными ресурсами — использовать машину, компьютеры, технику. Например, один из сотрудников решил помочь сельской школе оборудовать компьютерный класс, и компания выделила ему ресурсы, чтобы он мог это сделать.

Вам как топ-менеджеру, отвечающему перед акционерами за финансовые показатели, какая разница, участвует или нет ваш сотрудник в социальных проектах? Он должен прежде всего приносить прибыль…

Понятно, что у любой бизнес-организации есть финансовые показатели, которых нужно достигать. Но для «Майкрософт» огромная часть — это удовлетворенность людей работой в этой компании. Почему люди здесь хотят работать?

Когда мы берем людей на работу, то оцениваем их возможность работать в нашей компании согласно нашим ценностям. У нас есть страсть к технологиям, и мы хотим менять мир.

Если человек приходит сюда просто зарабатывать деньги, он здесь не выживает, ему будет очень тяжело. Потому что здесь очень много людей, которые не просто работают в компании. Они увлекаются технологиями, они хотят помогать ближнему.

Например, в Украине людей с ограниченными возможностями часто не берут на работу. Для некоторых крупных компаний проще платить штрафы. Когда я стал генеральным директором, мы начали целенаправленно брать на работу людей с ограниченными возможностями.

Это ваша инициатива?

Да, моя. Таких людей оказалось не так просто найти: например, нам нужны люди, которые хорошо владеют английским языком. Но такие среди людей с ограниченными возможностями есть, и они могут работать за компьютером. И очень часто работают лучше, чем другие сотрудники.

Повышение национальной конкурентоспособности

Учитывая сегодняшнюю сложную экономическую ситуацию, что, по-вашему, должно стать для ответственных компаний ключевым?

Летом прошлого года мы запустили программу, которая направлена на повышение конкурентоспособности Украины. Она основывается на 4 направлениях.

Первое — создание электронного управления в стране.

Второе направление связано с образованием. У нас есть социальная сеть для учителей-новаторов по обмену опытом и созданию инновационных курсов — в ней принимают участие десятки тысяч украинских педагогов. Поверьте, в Украине много таких учителей: они создают великолепные образовательные курсы, которые являются конкурентными на международном уровне, выигрывают конкурсы. Например, украинская учительница Ирина Фридман только что заняла второе место на Европейском конкурсе учителей-новаторов в Лиссабоне.

Третье, это развитие трудовых ресурсов. На сегодня уже работают 50 центров IDEA, где люди могут пройти обучение компьютерной грамотности, и их закончили более 80 тыс человек.

Знаете примеры, когда такие курсы реально помогали людям?

Таких примеров много. На курсы приходят не только молодые, то и люди старшего поколения. Например, знаю, что на востоке Украины женщина уже в возрасте, бывший преподаватель школы, решила прийти на курсы и изучить компьютер, чтобы общаться с детьми, с внуками. А в результате обнаружила для себя такое направление, как «зеленый туризм», и создала свой бизнес.

Еще одно приоритетное направление — развитие высокотехнологичных отраслей экономики. Одно дело — помогать тем, кто не может. Но социальная ответственность — это помогать и тем, кто может. Особенно молодым предпринимателям, имеющим потенциал, энергию. Поэтому в рамках программы «BizSpark» мы поддерживаем 270 ІТ-стартапов — предоставляем программное обеспечение, консультации, советы, как эти бизнесы могут вырасти.

Как видите, спектр очень широкий. И мы не очень любим называть это «корпоративной социальной ответственностью».

А какой тогда термин считаете более подходящим?

Мы используем слово «citizenship», которое означает «быть гражданином в среде и обществе, где ты живешь».

В термине корпоративной социальной ответственности мне лично не нравятся слова «корпоративная» и «ответственность». КСО возникла благодаря ответственным лидерам. И этим занимаются люди, которые чувствуют ответственность перед обществом.

Не нужно «загонять» туда всех. Не должны быть все социально-ответственными. Есть люди, которые социально-безответственные, есть люди, которым все равно. Кто-то хочет это делать — он делает, кто-то не хочет — имеет право не хотеть или не мочь, и у него может быть куча причин для этого.

Очень часто понимание социальной ответственности приходит с возрастом, со временем, в результате каких-то событий, которые влияют на человека.

С государством — диалог, с пиратами — война

В связи с недавними событиями, подогревшими тему «пиратства», как, например, реагируете на то, что в 70% госучреждений — пиратское программное обеспечение?

Я попытаюсь обрисовать нашу позицию в отношении пиратства в Украине. Наши действия основываются на трех направлениях.

Первое направление — образование потребителя и создание условий, когда он может приобрести продукцию легально. Это направление, которое отличается от политики компании в ряде других стран. Потому что мы живем в государстве, которое не имеет такого уровня правовой дисциплины, как Великобритания или США, Франция или Германия.

Украинский потребитель не знает, где купить лицензионную продукцию. Это касается и музыки, и фильмов, и софта, да и чего угодно. Когда покупатель приходит в магазин, он не защищен от покупки поддельного товара. В аптеке есть риск купить поддельные медпрепараты, объем которых на рынке оценивают в 35%. Мы понимаем, что потребитель в большей мере является жертвой. Поэтому никаких действий против потребителя мы делать не будем, и никогда не будем инициировать. Мы не будем никаким образом заставлять, а еще хуже — проверять потребителя. Мы будем его обучать.

А государственные компании, организации и коммерческие компании?

Бизнес — это второе направление. Нормально, когда один бизнес платит другому за использование его продукции. И мы с бизнесом всегда готовы договариваться. Но если кто-то не понимает нормальный разговор, мы идем в суд и разбираемся в суде.

А государство — это отдельный аспект. Мы понимаем, что есть финансовые ограничения, и мы готовы идти на диалог. Но пока только отдельные министерства вышли на нас по вопросу легализации. Легализация — это не процесс покупки, это политический диалог. Этот диалог с государством Украина длится с 1998 года, и он очень сложный.

К сожалению, не всегда этот диалог происходит. Например, тот факт, что если несколько лет назад государство стеснялось говорить, что оно использует нелицензионный продукт, то сегодня оно этим частично гордится, публично об этом заявляет. Что в большей степени негативно влияет на международное отношение к Украине. Мы ставим перед собой вопрос, как убрать этот риск, пытаемся смягчить ту позицию, которую занимают международные органы. Говорим, что пытаемся как-то уладить ситуацию. Но, к сожалению, Украина это пытается уладить уже больше 13 лет. Мир говорит: господа, это простой вопрос и его можно уладить обычными договорными отношениями.

И каковы ваши прогнозы — как будет развиваться ситуация?

Как это будет развиваться, мне тяжело прогнозировать… Подавать в суд на государство? Да, рассматриваются и такие вопросы, но будут ли они эффективны, решит ли это проблему?

Но, вы отслеживаете, знаете все госорганы, которые используют пиратский софт?

Конечно. И мы с государством и бизнесом пытаемся договариваться.

Но есть направление, где мы не договариваемся. Это те, кто распространяет пиратскую продукцию — те, кто зарабатывает на чужом, понимая, что продукция украдена. С этими организациями мы не церемонимся: будем подавать в суды и отстаивать нашу позицию. С теми, кто распространяет пиратство, будет война.

А с теми, кто является пассивным потребителем пиратства?

Глупо предъявлять претензии госслужущему. Нужно вести диалог с государством. Слава Богу, государство не отрицает, по крайней мере, готово идти на диалог. Но он сложный и медленный.

Вопрос «большого сердца»

А вы лично участвуете в работе каких-либо фондов?

Участвую в наблюдательном совете фонда Богдана Гаврилишина, человека, которого я очень уважаю, который во многом повлиял на меня. Цель фонда — воспитание молодой элиты Украины. Вхожу в наблюдательный совет Международной студенческой организации Айсек, членом которой сам когда-то был. Кроме того, у меня есть мои три дня, которые я могу потратить на социальную ответственность и быть вовлеченным в тот или иной проект.

Есть вещи, которые мы делаем совместно с женой, но мы про это не говорим. Есть вещи, которые мы делаем совместно с друзьями: собрались и решили, что мы хотим вместе поддержать такой-то проект или купить оборудование туда-то. Самое сложное при этом — гарантировать, что то, что мы купили и поставили, действительно будет использовано в клинике для всех, а не для избранных.

Как считаете, в бизнес-школах возможно научить ответственности?

Я не очень верю, что бизнес-школа, тот же Stanford University или Гарвард, делает людей.

Меня сделали мои родители и люди, которые повлияли на меня лично, в том числе преподаватели. Есть люди бизнеса, — Билл Гейтс, Стив Джобс и т.д., которые личным примером формировали мое отношение к тем или иным вещам.

Я не верю в то, что можно научиться ответственности. Это как научиться любить: ты либо умеешь любить, либо не умеешь, либо любовь еще не пришла. Это связано больше с сердцем. Наступает момент, когда «стальные» люди, эгоистичные, очень сильно меняются, так, что их не узнать. Я считаю, что когда кто-то не участвует в благотворительных вещах, он просто не созрел еще для этого как человек.

Дмитрий Шимкив,

генеральный директор компании «Майкрософт Украина»

Имеет 20-летний опыт работы в сфере информационных технологий в Украине, Европе и США.

В мае 2009 г. возглавил представительство корпорации «Майкрософт» в Украине. За это время успешно вывел компанию из кризиса, обеспечив рост бизнеса во всех продуктовых группах и сегментах клиентов.

С 2007 года работал в компании директором по продажам в корпоративном сегменте. Под его руководством уровень продаж вырос на 60% за год.

Ранее основал компанию-разработчика в сфере ІТ-решений, которая вследствие ряда приобретений стала глобальной ІТ-компанией, где Дмитрий занял должность директора в странах Центральной и Восточной Европы.

Окончил Львовский государственный университет «Львовская Политехника». Он входит в Организацию молодых президентов (Young Presidents» Organization — YPO), в правление Американской торговой палаты Украины, а также в Совет AIESEC в Украине и в правление фонда Богдана Гаврилишина.

Женат и воспитывает троих детей. Увлекается спортом, историей и искусством.

Автор: Елена Гладских, Елена Трегуб

 

Комментарии запрещены.